– Я приехала посмотреть…

– Ночью? – снова взметнулась бровь собеседника. – Что вы хотели там увидеть? Там даже днем бывает жутковато. А уж ночью… Или вы не по своей воле? Вас завезли туда насильно?

– Нет, я сама.

– Действительно сами?

– Да, я точно помню, что сама захотела поехать туда.

Она отчетливо помнила, что в Кайю она захотела сама. А до Кайи был Йолюдениз. Еще раньше был Фетхие. До Фетхие был Мармарис. А до Мармариса была Москва. В Москве было плохо. Нет, сначала в Москве было хорошо, потому что Полина нашла себе работу в туристическом агентстве, успела поработать там четыре месяца и трижды получить зарплату, а четвертой зарплаты она не получила. Шеф сказал ей, что денег нет. Она подумала, что сегодня нет – завтра деньги будут, но завтра их снова не было и послезавтра тоже. Лишь спустя неделю она поняла, что денег, возможно, не будет совсем. Ни в этом месяце, ни в следующем. И работы этой у нее не будет. Она тогда так расстроилась, что расплакалась прямо в офисе. Шеф дрогнул. Он все последние недели ходил мрачный и никого, казалось, вокруг не замечал, а тут вдруг обнаружил, что, кроме него, есть еще кто-то, кому плохо. Намного хуже, может быть, чем ему самому.

– Не реви, – сказал он Полине. – Найдешь себе другую работу.

Значит, ее увольняли.

– Увольняем всех, – сказал шеф. – Почти.

Сам он, похоже, оставался.

– А моя зарплата? – сквозь непросохшие слезы спросила Полина.

– Заедешь как-нибудь, заберешь. Я тебе позвоню.

Это означало, что про деньги Полина может забыть.

– Я хочу получить свои деньги! – заупрямилась Полина.

– Денег нет. Пока.

– Тогда я остаюсь.

– Будешь работать бесплатно? – ухмыльнулся шеф.

– Да!

Тут до шефа наконец дошло, и он стал серьезным. Представил себе, наверное, как в офисе на телефоне будет сидеть обозленная и фактически уже уволенная, а потому практически неуправляемая сотрудница, как она будет общаться с клиентами по телефону и что из всего этого выйдет.